Аббат Жозе Куштодиу де Фариа

Аббат Фариа был одним из первых научных экспериментаторов в сфере гипноза. Свою деятельность он вел в Париж в 1815 году. Именно он впервые сформулировал многие теории, которые позже были открыты повторно и честь открытия которых была приписана другим.

Он был первым известным нам человеком, который открыл, что психологический настрой имеет отношение к гипнотическому состоянию, и учил тому, что невозможно ввести человека в транс против его воли. Он также создал метод индукции «фиксированный взгляд», который дал начало мириадам техник индукции, основанным на фиксации глаз и применяемым по сей день.

Помимо поиска ответы на многочисленные «почему?» в сфере гипноза, Фариа работал и на публику – а в то время гипнозу действительно нужен был хороший «специалист по связям с общественностью». Он отлично преуспевал в обеих этих ипостасях – как изучение гипноза, так и «продажа» его публике. Однако злосчастный случай мгновенно положил конец его карьере и лишил его практически всех регалий, которых он, несомненно, заслуживает.

Несколько завистливых докторов наняли нескольких человек, которые должны были выступить в качестве субъектов на публичной демонстрации гипноза, проводимой Фариа. Они должны были притвориться, что очень быстро и легко погрузились в гипноз. Но в нужный психологический момент они вскочили и заявили, что всего лишь притворялись, и ложно обвинили Фариа в том, что это он их нанял. Конечно, это отвратительное проявление зависти привело к дискредитации Фариа – и он утратил все то признание, которого справедливо заслуживал.

Джон Эллиотсон

Джон Эллиотсон (родился в 1791 году) был профессором теории и практики в университетском госпитале в Лондоне, Англия. Он заинтересовался магнетизмом после знакомства с работами Ричарда Ченевикса, ученика Фариа, и обучался у барона Дюпоте.

Вследствие природы и методов его исследований этот пионер определенно заслуживает упоминания в числе представителей научной группы.

Начав свои эксперименты в 1837 году, Эллиотсон обнаружил, что его пациенты могли переносить серьезные операции, не испытывая агонизирующей боли, и начал применять эти техники везде, где было уместно. Это вызвало гнев среди его коллег-врачей, придерживавшихся твердого убеждения: боль необходима для исцеления. Неудивительно, что многие доктора хотели дискредитировать Эллиотсона. Так как он верил также и в ясновидение, его оппоненты воспользовались этим как дополнительным оружием, поместив в ту же категорию и всю остальную его работу.

Несмотря на отрытую критику и скрытую враждебность коллег, Эллиотсон продолжал использовать и пропагандировать «магнетизм», и многие молодые доктора начали демонстрировать интерес к его работе. Число его последователей стало столь велико, что он был вынужден проводить часть своих операций в амфитеатре госпиталя, чтобы все желающие смогли на них присутствовать.

Помимо использования гипноза во время серьезных операций Эллиотсон также применял «престижные внушения» во время прямого лечения. Он проводил эксперименты с трансовыми диагнозами и предсказаниями, но тем не менее он сделал для научного продвижения гипнотизма в медицинском мире больше, чем любой из его предшественников.

Тем не менее медицинская общественность продолжала свои нападки. Это вскоре лишило Эллиотсона популярности у публики и даже у администрации госпиталя, которая попросила его прекратить эксперименты.

Твердо убежденный в своей правоте, он отказался. После разгоревшегося скандала он ушел из госпиталя и университета и больше туда не вернулся. К сожалению, как этого и можно было ожидать, после его ухода все следы месмеризма были тщательно уничтожены специально назначенной комиссией.

Научная общественность того времени нанесла еще один удар, нацеленный в самое сердце гипнотизма – в его ведущего научного практика.

Эллиотсон продолжал борьбу за медицинское признание своих экспериментов на протяжении более 30 лет, делая все от него зависящее. Он начал публиковать журнал под названием «Zoist», который в последующие годы принес опосредованную пользу тысячам людей через работы Джеймса Эсдейла. Однако большая часть работ Эллиотсона игнорировалась, и он, ожесточенный гонениями, умер в 1868 году. Очень жаль, что при жизни он не смог получить то уважение, которого справедливо заслуживал. Еще один великий человек умер без почестей.

Джеймс Брейд

Джеймс Брейд (1795-1860), выдающийся шотландский хирург, более всего известен тем, что именно он придумало слово «гипноз» (происходящее от греческого hypnos – «сон»).

Его работы весьма способствовали развитию гипноза, так как он стал первым, кто получил признание за свои научные эксперименты, связанные с вопросами месмеризма. Он создал еще одну технику индукции с помощью фиксации глаз и использования яркого света и обнаружил, каким образом можно усилить транс, делая упор на голосовых внушениях. Он верил, что транс зависит от внушаемости субъекта, на которую могли оказать существенное влияние голосовые внушения гипнотизера. Это стало известно как «метод внушений».

Благодаря этому Брейда называют «отцом гипноза» – это историческая честь, которую он разделяет как с Месмером, так и с Льебо.

Гипнотическая карьера Брейда началась после того, как в ноябре 1841 года он стал свидетелем демонстрации «магнетизма» – и усомнился в мистических заявлениях Месмера. Он назвал это представление оскорблением научного интеллекта – однако тем не менее ощутил желание посмотреть демонстрацию еще как минимум один раз, прежде чем окончательно убедиться в том, что все это – мошенничество.

К счастью, вторая демонстрация убедила его в том, что «магнетизер» держал субъекта под своим полным контролем, и любопытство Брейда мотивировало его на то, чтобы выяснить, каким образом это проделывается. Однако Брейд предположил, что субъект находился под властью «магнетизера», поэтому, несмотря на свою успешную работу, он пошел по тому же ошибочному пути, по которому следовали и ранние пионеры гипноза.

После того, как поначалу он заклеймил теории Месмера как глупое собрание бабских выдумок, Брейд тем не менее оказался перед лицом феномена, приемлемого объяснения которому у него не было. Однако он пришел к выводу, что этот феномен должен иметь в своей основе какую-то физическую причину – и начал свои исследования. Он выдвинул теорию о том, что продолжительная фиксация взгляда в одной точке могла посредством усталости привести к параличу центров оптического нерва, что вызывало состояние, весьма напоминающее сон – отсюда и его интерес к методам «фиксированного взгляда» или «фиксации глаз».

В его экспериментах принимал участие друг, которого он заставлял в течение долгого времени без перерыва смотреть на винную бутылку – и менее чем через три минуты получал убедительное доказательство того, что магнетизм не имеет ничего общего с месмерическим сном. Его друг, а позже и его жена оказались отличными субъектами, и эксперименты Брейда стали несомненным источником многих других открытий в сфере гипноза. Однако он ошибочно предположил, что в результате использования техник фиксированного взгляда происходят какие-то физиологические изменения, которые ведут к отсутствию воли. То есть Брейд не сумел понять, что любой гипноз – это самогипноз.

К тому же, как зачастую происходит с гипнотизерами, его консервативные коллеги из медицинского британского сообщества практически никак не оценили его работу, хотя ему принадлежали многие достижения. Он подавал свои работы в Британскую ассоциацию и предлагал провести эксперименты в присутствии специальной комиссии, однако получил формальный отказ.

В то время как Брейд практически не получил признания в своей родной стране, его работы вызвали большой интерес во Франции. И тем не менее Азама, его французского последователя, которого во Франции сочли «шарлатаном», в Англии всячески восхваляли! Вот что проделывали с пионерами гипноза «лучшие умы» того времени!

Самое важное, что стоит запомнить о Брейде: его реальный вклад в развитие гипноза заключался в том, что он стал первым, кто предположил, что гипнотический сон может быть вызван физическими агентами, и добавил к этому и психологические факторы – веру и ожиДание – которые, по его мнению, были необходимы для успешной индукции.

В 1842 году Брейд дал миру слово «гипнотизм», которое он позже попытался заменить на «моноидеизм», так как обнаружил, что это состояние также может существовать и при отсутствии сна. Однако первый термин так быстро прижился, что остается в употреблении и по сей день, несмотря на многочисленные усилия по его изменению. Даже многие современные практики нередко пытаются скрыть факт использования гипноза, заменяя его другими названиями, к примеру, «групповая медитация», «программируемые образы», «управляемая релаксация», «управляемые образы» или «креативная визуализация» и т.д. Однако во всех этих случаях, естественно, уместно слово «гипноз».

В 1843 году Брейд опубликовал свою первую работу по гипнотизму, которую назвал своим именем «Брейдизм». А затем в 1847 году он открыл «бодрствующий гипноз», за шесть лет достигнув того, на что сотням других экспериментаторов потребовалось более столетия.

И наконец в 1848 году Брейд затронул такие темы, как френология и гипногенные зоны, закончив исследования, которые могли бы считаться действительными в глазах научной общественности. И тем не менее еще один ученый, изучавший гипноз с помощью научных методов, отправился исследовать непознанное. И это заставляет задуматься…

Джеймс Эсдейл

В то время, как Брейд совершал свой квантовый скачок в гипнозе, еще один шотландский доктор – Джеймс Эсдейл (1808-1859) – проводил эксперименты в этой сфере и заслужил себе признание в истории гипноза. Обосновавшись в Хугли, Индия, он применял гипноз в хирургии, получая невероятные результаты. Даже сегодня многие соглашаются с тем, что его работы с прикладным гипнозом граничат с фантастикой.

В конце 1846 года Эсдейл написал доклад, где утверждается, что он провел несколько тысяч небольших операций и около 300 серьезных операций, в том числе 19 ампутаций – без боли. В основном благодаря отсутствию постоперационного шока вследствие применения гипноза ему удалось снизить типичную для того времени смертность с 50 до 8%! (в одной из книг приводится даже цифра в 5%). Этот доклад был принят Медицинской ассоциацией, и Эсдейла направили в госпиталь Калькутты для продолжения практики «месмерических» операций.

Хотя Ассоциация сочла месмеризм табу в госпитале университета, она вполне готова была наблюдать за тем, как он работает для необразованных народных масс в Индии. И в этом смысле она была, конечно, права. В Индии, которая давно известно как родина оккультных наук, Эсдейлу удалось с самого начала добиться успеха благодаря распространенной здесь системе верований. Позже, когда Эсдейл вернулся домой, он не смог воспроизвести такие же результаты – вследствие недостаточной веры и негативных ожиданий, и его карьера покатилась по тому же темному пути разочарований, по которому раньше прошел Эллиотсон.

Дейв Элман воздал Эсдейлу должное, назвав состояние ультраглубокого гипноза состоянием Эсдейла (Глава 13 его книги «Гипнотерапия» носит название «Состояние Эсдейла»).

Доктор Бёрк

Французский врач, доктор Бёрк сыграл в истории развития гипнотизма небольшую, но интересную роль, хотя его имя редко связывают с гипнозом.

Доктор Бёрк развивал науку под названием «металлоскопия», которая получила признание и уважение в медицинском мире задолго до того, как этого удалось добиться гипнозу.

В металлоскопии болезнь излечивается прикладыванием металлов к различным участкам тела. К примеру, железо применялось при нарушениях осанки, а свинец, помещенный на область сердца, применялся при анемии и так далее. Предполагалось, что когда эти субстанции прикладывались к определенным участкам тела на различные периоды времени, должны были произойти выраженные изменения. Однако стоит задаться вопросом, не являлись ли подобные изменения при лечении физических заболеваний результатом действия собственных целительных сил организма? А при соматических заболеваниях можно легко предположить, что исцеление могло достигаться лишь одним ожиДанием, однако подумайте… Какая доля этих успехов могла стать результатом действия и других компонентов гипнотической формулы – веры, воображения и убежденности?

Даже сегодня в некоторых альтернативных методах терапии для диагностики применяются маятники и другие приспособления – однако подобные методы не считаются научными. Когда происходит исцеление, оно может быть результатом эффекта плацебо – который включает в себя те же компоненты гипнотической формулы. Другими словами, возможно, всех этих людей исцеляет сила их собственного разума! А если это так, то тогда, возможно, доктор Бёрк на самом деле был лишь фасилитатором искусства трансовой индукции, помогая многим своим пациентам воспользоваться силой собственного разума для своего исцеления.

Школа Нанси: Бернхейм и Льебо

В 1864 сельский доктор Амбруаз Аугуст Льебо поселился в Нанси, Франция. Он обзавелся здесь практикой, излечивая своих пациентов как гипнотически, так и с помощью медицины.

Так как гипнотическое лечение было бесплатным, естественно, оно быстро обрело популярность.

Продолжительность лечения составляла всего около 10 минут, и доктор Льебо четко объяснял, что не обладает никакими сверхъестественными силами. Он – первый известный нам человек, который учил, что гипноз является всего лишь вопросом внушения – то есть он смело ступил на новый путь!

Ипполит Бернхейм, профессор медицины в медицинской школе Нанси, написал статью, в которой дискредитировал Льебо, называя его мошенником. Однако визит в клинику Льебо убедил его в обратном, потому что методы доктора действительно позволяли получить результат. Затем Бернхейм начал применять методы Льебо в собственной клинике – с тем же или даже большим успехом.

Вскоре он вернулся в Нанси, присоединился к Льебо и вместе с ним основал самый известный в истории центр гипнотического лечения. Он заявлял, что может добиться успеха в 85 % случаев, уверяя, что ему удавалось справиться даже с отравлением свинцом.

Бернхейм вел четкую запись всех случаев и многие из них опубл ковал в 1884 году в «De la Suggestion». В 1996 году он опубликовал «Терапию внушения», которая стала широко использоваться в качестве руководства по медицинскому гипнозу.

Бернхейма и Льебо принято считать основателями школы Нанси – школы как теории, так и практики. Теория этой школы заключалась в том, что даже усталость глаз по Брейду не является необходимой, и что гипноз – это чисто субъективная вещь. Другими словами, они правильно понимали, что гипноз вызывается скорее психологическими, а не физическими силами. Так как сегодня эта теория широко признана, мы можем сказать, что искусство гипноза сделало еще один гигантский шаг вперед.

Однако их самая большая ошибка, возможно, заключалась в том, что они полагали: как только человек погрузился в гипноз, вся сила переходит в руки врача, а не человека, который находится в гипнозе. На стр. 100 своей книги «Молодой Фрейд» ее автор Билла Занусо пишет:

«Базовая теория школы Нанси заключалась в том, что все происходящее под гипнозом вызывается силой внушений врача, которые он делает своему пациенту».

Если бы Бернхейм и Льебо поняли, что любой гипноз – это на самом деле управляемый самогипноз и что вся сила на самом деле находится в разуме загипнотизированного человека – как это изменило бы путь развития гипнотизма? Гипнотическая формула должна работать в разуме человека, который входит гипноз, а не в разуме гипнотизера – как показал пример Эсдейла, которому не удалось воспроизвести в Великобритании те же результаты гипнотической анестезии, которых ему удалось добиться в Индии.

Сальпетриерская школа: Шарко

В то же самое время, когда Бернхейм и Льебо изучали гипнотизм в Нанси, доктор Джеймс Мартин Шарко экспериментировал с ним в своей клинике Сальпетриер. Он был первым, кто установил и назвал различные уровни глубины гипноза.

Хотя Шарко и являлся одним из самых продвинутых невропатологов своего времени, при изучении нового для себя предмета он допустил несколько ошибок. По сути, он верил, что гипноз – это феномен, который лучше всего изучать на примере пациентов, страдающих истерией, и учил, что сам гипноз является патологическим состоянием. Если говорить коротко, то согласно его точке зрения причиной гипноза является скорее физическое действие, нежели психологическое внушение, поэтому его теории противоречили теориям Бернхейма и Льебо. Два других его убеждения заключались в том, что соматическую индукцию гипнотического сна можно осуществить через прикосновение к «гипногенным зонам», а также в верности теории металлоскопии доктора Burcq.

Даже несмотря на то, что базовые идеи Шарко относительно гипноза были не вполне корректными, ему принадлежит важное открытие: он обнаружил и назвал различные уровни глубины гипноза.

В 1878 году Шарко и его ученики в академии доказали наличие этих стадий гипнотического сна, показав, что на каждой стадии загипнотизированный субъект может демонстрировать различные симптомы и проходить различные «тесты». Это стало первой попыткой научной классификации трансового феномена и важным событием для дальнейшей истории гипноза (Она нашла свое отражение в более современной шкале гипнотической глубины Дэвиса- Хусбенда и в часто используемой шкале Ле Крона-Бордо и т.д.).

Именно в одной из своих работ Шарко впервые назвал и описал три признанных уровня глубины гипноза.

Порядковые названия этих стадий гипноза, данных им Шарко, были такими: ЛЕТАРГИЯ, КАТАЛЕПСИЯ И СОМНАМБУЛИЗМ. Разные гипнотизеры применяли различные шкалы, включавшие в себя четыре, пять, семь и более уровней глубины транса, однако трехуровневая шкала, разработанная Шарко, продолжает и по сей день оставаться наиболее практичной.

Шарко получил признание в медицинском мире за свой вклад в развитие неврологии и за то, что его принятие гипнотизма заставило последовать его примеру многих докторов того времени. К сожалению, были приняты и его ошибочные концепции, что вызвало определенную задержку в открытии более истинных концепций гипноза – и тем не менее благодаря ему был сделан огромный шаг вперед.